В статье рассмотрены результаты исследований плейстоценовых энтомофаун и дождевых червей в четвертичных отложениях Северо-Востока России. Ископаемые представители мезофауны четвертичного периода обнаружены в погребенных горизонтах и едомных отложениях Батагайской термоэрозионной котловины, а также в заиленных песках обнажения Улахан Сууллар Янского плоскогорья. По данным палеорастительных реконструкций, Батагайский участок, расположенный на Янском плоскогории Якутии, на протяжении большей части позднего плейстоцена был покрыт луговыми степями и лиственничными лесами. Проведенные исследования в погребенных почвах исследуемых участков выявили, что в целом соотношение тайги и лугово-степной растительности в общем растительном покрове в течение всего времени варьировало в соответствии с меняющимися климатическими условиями, а также со степенью воздействия периодически возникающих лесных пожаров. Приведены некоторые доминантные виды плейстоценовых сообществ (Hypera, Morychus viridis, Pterostichus (Cryobius) и др.), описаны особенности их экологии и распространения, а также обсуждены возможности проведения палеореконструкций природных условий прошлых эпох. Исследования показали, что палеоэнтомологические остатки, обнаруженные в многолетнемерзлых толщах изученных нами объектов Янского плоскогорья (Батагайская котловина и обнажение Улахан Сууллар), свидетельствуют о том, что на этой территории обитали насекомые, населяющие как лесные растительные комплексы, так и тундростепные фитоценозы.
This article presents the results of a study focused on Pleistocene entomofauna and earthworms found within Quaternary deposits in the North-East of Russia. Fossil specimens of the Quaternary mesofauna were identified in buried horizons and yedoma deposits within the Batagay thermoerosion basin, as well as in the silted sands of the Ulakhan Sullar outcrop on the Yana Plateau. Paleobotanical reconstructions indicate that the Batagaysky site, situated on the Yana Plateau in Yakutia, was predominantly characterized by meadow steppes and larch forests throughout the majority of the late Pleistocene epoch. Research conducted on the buried soils within the study areas has indicated that the proportion of taiga to meadow-steppe vegetation within the total vegetation cover has varied over time. These fluctuations are indicative of alterations in climatic conditions as well as the impact of recurrent forest fires. The article highlights several dominant species from Pleistocene communities, including Hypera, Morychus viridis, and Pterostichus (Cryobius), while also providing an overview of their ecological characteristics and distribution. Additionally, it explores the potential for conducting paleoreconstructions of the natural conditions of past eras. The research indicates that paleoentomological remains discovered in the permafrost layers of the studied sites on the Yana Plateau suggest the presence of insects inhabiting both forest and steppe environments during this period.

Директор НИИ прикладной экологии Севера СВФУ, доктор биологических наук Григорий Саввинов рассказал об итогах Комплексных научных исследований пойменных экосистем реки Вилюй и ее притоков с 2020 по 2021 гг.

В монографии обобщены результаты многолетних исследований агрофизических свойств и гидротермического режима почв бассейна р. Амги. Впервые освещаются данные, характеризующие влияние позднеосенних вегетационных поливов на влагообеспеченность кормовых культур и ярового ячменя. Обосновывается положение о применении вегетационных поливов по критическим фазам развития растений, о нецелесообразности дождевального орошения мерзлотных палевых почв данного региона и о выделении мерзлотных черноземов долины р. Амга в разряд особо охраняемых почв мерзлотных областей

В 2018 г. на местонахождении Батагайка (Верхоянский район) была обнаружена полная туша жеребенка ископаемой лошади. Предварительные исследования показали, что сохранность находки исключительная, без каких-либо видимых внешних повреждений. Геологический возраст - 39850 ± 280 л.н., биологический - около двух недель. Проведены основные морфологические измерения туши.
In 2018, a complete carcass of a fossil horse foal was found at the location of Batagai (Verkhoyansky district). Preliminary studies have shown that the preservation of the find is exceptional, without any visible external damage. The geological age is 39,850 ± 280 BP, the biological age is about two weeks. The main morphological measurements of the carcass were carried out.

Айсен Николаев предложил масштабировать якутский опыт повторного использования отходов, включая использование жуков-пластикоедов и производство тротуарных плиток из пластика, подчеркнув необходимость поддержки малого бизнеса и научных исследований

Былыр-былыргыттан түгэх өбүгэбититтэн саҕалаан саха омук Иэйэхсиккэ итэҕэйэн, айыылартан арчыланан ураты өрө тутан сүгүрүйэр улуу айыыта Байанай буолар. Тыйыс айылҕаны кытта эрийсиигэ, ас-үөл булунууга, этэҥҥэ араас айылҕа моһоллорун мүччү түһүүгэ, инники олоҕу түстээһиҥҥэ, эрэл үөскээһинигэр сахалар барытын Иэйэхсити уонна Байанайы кытта биир күдьүс сылыктыыллар, итэҕэйэллэр, Айыыларга, Байанайга сыһыанныыллар. Ааптар бу хоһоон хомуурунньугар саха итэҕэлин кытта олоххо сыһыаны таарыйар

Based on fossil organism remains including plant macrofossils, charcoal, pollen, and invertebrates preserved in syngenetic deposits of the Batagay permafrost sequence in the Siberian Yana Highlands, we reconstructed the environmental history during marine isotope stages (MIS) 6 to 2. Two fossil assemblages, exceptionally rich in plant remains, allowed for a detailed description of the palaeovegetation during two climate extremes of the Late Pleistocene, the onset of the last glacial maximum (LGM) and the last interglacial. In addition, altogether 41 assemblages were used to outline the vegetation history since the penultimate cold stage of MIS 6. Accordingly, meadow steppes analogueto modern communities of the phytosociological order Festucetalia lenensis formed the primary vegetation during the Saalian and Weichselian cold stages. Cold-resistant tundra-steppe communities (Caricirupestris-Kobresietea bellardii) as they occur above the treeline today were, in contrast to more northernlocations, mostly lacking. During the last interglacial, open coniferous woodland similar to modernlarch taiga was the primary vegetation at the site. Abundant charcoal indicates wildfire events duringthe last interglacial. Zoogenic disturbances of the local vegetation were indicated by the presence ofruderal plants, especially by abundant Urtica dioica, suggesting that the area was an interglacial refugium for large herbivores. Meadow steppes, which formed the primary vegetation during cold stagesand provided potentially suitable pastures for herbivores, were a significant constituent of the plantcover in the Yana Highlands also under the full warm stage conditions of the last interglacial. Consequently, meadow steppes occurred in the Yana Highlands during the entire investigated timespan from MIS 6 to MIS 2 documenting a remarkable environmental stability. Thus, the proportion of meadowsteppe vegetation merely shifted in response to the respectively prevailing climatic conditions. Their persistence indicates low precipitation and a relatively warm growing season throughout and beyond the late Pleistocene. The studied fossil record also proves that modern steppe occurrences in the Yana Highlands did not establish as late as in the Holocene but instead are relicts of a formerly continuoussteppe belt extending from Central Siberia to Northeast Yakutia during the Pleistocene. The persistence of plants and invertebrates characteristic of meadow steppe vegetation in interior Yakutia through out the late Quaternary indicates climatic continuity and documents the suitability of this region as arefugium also for other organisms of the Pleistocene mammoth steppe including the iconic large herbivores

На основе остатков ископаемых организмов, включая макрофоссилии растений, древесный уголь, пыльцу и беспозвоночных, сохранившихся в сингенетических отложениях Батагайской мерзлотной толщи Сибирско-Янского нагорья, мы реконструировали историю окружающей среды в течение морских изотопных стадий (MIS) 6-2. Две ископаемые коллекции, исключительно богатые растительными остатками, позволили детально описать палеорастительность во время двух климатических экстремумов позднего плейстоцена - наступления последнего ледникового максимума (LGM) и последнего межледниковья. Кроме того, всего 41 коллекция была использована для описания истории растительности с предпоследнего холодного этапа MIS 6. Соответственно, луговые степи, аналогичные современным сообществам фитосоциологического порядка Festucetalia lenensis, формировали основную растительность во время саальского и вейхзельского холодных этапов. Холодостойкие тундрово-степные сообщества (Caricirupestris-Kobresietea bellardii) в том виде, в котором они встречаются сегодня выше линии леса, в отличие от более северных районов, в основном отсутствовали. Во время последнего межледниковья основной растительностью на участке были открытые хвойные леса, похожие на современную лиственничную тайгу. Обилие древесного угля указывает на лесные пожары во время последнего межледниковья. Следовательно, луговые степи существовали на Янской возвышенности на протяжении всего исследуемого периода от МИС 6 до МИС 2, что свидетельствует об удивительной экологической стабильности. Таким образом, доля луговой степной растительности просто менялась в зависимости от преобладающих климатических условий. Их сохранение свидетельствует о низком количестве осадков и относительно теплом вегетационном периоде на протяжении всего позднего плейстоцена и после него. Изученная ископаемая летопись также доказывает, что современные степи на Янской возвышенности возникли не позднее голоцена, а являются реликтами ранее непрерывного степного пояса, простиравшегося в плейстоцене от Центральной Сибири до Северо-Восточной Якутии. Сохранение растений и беспозвоночных, характерных для растительности луговых степей во внутренней Якутии на протяжении позднего четвертичного периода, указывает на климатическую непрерывность и подтверждает пригодность этого региона в качестве арефугиума и для других организмов плейстоценовой мамонтовой степи, включая знаковых крупных травоядных

В книге собраны материалы, освещающие жизнь нашего отца, участников Великой Отечественной войны, отличника советской торговли, члена КПСС Саввинова Николая Петровича. При составлении книги использованы материалы не только личного архива отца, но и Центрального архива Министерства обороны РФ, Национального архива Республики Саха (Якутия), а также воспоминания детей, родственников, близких людей и коллег

A partial carcass of an adult woolly mammoth (Mammuthus primigenius) found in 2012 on Maly Lyakhovsky Island presents a new opportunity to retrieve associated anatomical, morphological, and lifehistory data on this important component of Pleistocene biotas. In addition, we address hematological,histological, and microbiological issues that relate directly to quality of preservation. Recovered by stafffrom North-Eastern Federal University in Yakutsk, this individual is a relatively old female preserving softtissue of the anteroventral portion of the head, most of both fore-quarters, and the ventral aspect ofmuch of the rest of the body. Both tusks were recovered and subjected to computed tomographic analysisin which annual dentin increments were revealed as cycles of variation in X-ray attenuation. Measurements of annual increment areas (in longitudinal section) display a pulsed pattern of tusk growthshowing cycles of growth rate variation over periods of 3-5 years. These intervals are interpreted ascalving cycles reflecting regular shifts in calcium and phosphate demand for tusk growth vs. fetal ossification and lactation. Brown liquid associated with the frozen carcass turned out to include remains ofhemolyzed blood, and blood samples examined microscopically included white blood cells with preserved nuclei. Muscle tissue from the trunk was unusually well preserved, even at the histological level. Intestinal contents and tissue samples were investigated microbiologically, and several strains of lacticacid bacteria (e.g., Enterococcus faecium, Enterococcus hirae) that are widely distributed as commensalorganisms in the intestines of herbivores were isolated
Частичная туша взрослого шерстистого мамонта (Mammuthus primigenius), найденная в 2012 году на острове Малый Ляховский, дает новую возможность получить соответствующие анатомические, морфологические и жизненные истории этого важного компонента плейстоценовой биоты. Кроме того, мы рассматриваем гематологические, гистологические и микробиологические вопросы, которые напрямую связаны с качеством сохранности. Найдены сотрудниками Северо-Восточного федерального университета в Якутске, эта особь представляет собой относительно старую самку, сохранившую мягкие ткани передневентральной части головы, большей части обеих передних конечностей и вентральной части большей части остального тела и вентральной части остальной части тела. Оба бивня были извлечены и подвергнуты компьютерно-томографическому анализу. В ходе которого были выявлены годовые приросты дентина в виде циклов изменения ослабления рентгеновского излучения. Измерения площадей годовых приращений (в продольном разрезе) демонстрируют импульсный характер роста бивня, показывая циклы изменения скорости роста в течение периодов 3-5 лет. Эти интервалы интерпретируются как циклы скальпирования, отражающие регулярные сдвиги в потребностях в кальции и фосфатах для роста бивня по сравнению с окостенением плода и лактацией. Коричневая жидкость, связанная с замороженной тушей, оказалась остатками гемолизированной крови, а образцы крови, исследованные микроскопически, содержали лейкоциты с сохраненными ядрами. Мышечная ткань из туловища была необычайно хорошо сохранена, даже на гистологическом уровне. Содержимое кишечника и образцы тканей были исследованы микробиологически, и было выделено несколько штаммов молочнокислых бактерий (например, Enterococcus faecium, Enterococcus hirae), которые широко распространены в кишечнике травоядных животных в качестве комменсальных организмов

The Batagay megaslump, in the Yana Uplands of northern Yakutia, Russia, is the largest known retrogressive thaw slump in the world. The slump exposes a remarkablesequence of Ice Age permafrost deposits that record the interaction of colluvial,eolian and periglacial processes on a hillslope episodically forested during the last 650 ka or more in response to climate variability on glacial–interglacial timescales. Numerous bones, teeth, and occasional carcasses of Pleistocene and Holocene mammals have been recovered from the permafrost. The megaslump developed over the course of several decades in three stages: (1) gullying, (2) thaw slumping, and(3) megaslumping. After disturbance to the taiga vegetation cover in the 1940s–1960s, a hillslope gully formed by the early 1960s. The gully initiated thaw slumping along its central part during the 1980s, with the slump enlarging to megaslump (>20 ha) proportions during the 1990s. By 2019, the area of the slump had reached about 80 ha and its headwall above the slump floor was up to about 55 m high. The main geomorphic processes of slump growth are headwall ablation and thermal erosion, producing a distinctive terrain of icy badlands on the slump floor. Though much of the megaslump is rapidly growing at present, it will probably stabilize eventually as an irregular terrain characterized by sandy ridges and sand-filled elongate depressions formed by degradation of the badlands. Comparison of the Batagay megaslump with megaslumps from northwest Canada reveals several similarities and differences in terms of their geomorphology, permafrost deposits, and Quaternary history
Батагайский провал, расположенный на Янской возвышенности в северной Якутии, Россия, является крупнейшим известным регрессивно-талым оползнем в мире. Просадка обнажает значительную последовательность мерзлотных отложений ледникового периода, которые отражают взаимодействие коллювиальных, эоловых и перигляциальных процессов на склоне холма, эпизодически покрывавшемся лесом в течение последних 650 тыс. лет назад или более в ответ на изменчивость климата на ледниково-межледниковом временном интервале. Из вечной мерзлоты были извлечены многочисленные кости, зубы и отдельные туши плейстоценовых и голоценовых млекопитающих. Оползень развивался в течение нескольких десятилетий в три этапа: (1) образование оврага, (2) проседание почвы при таянии и (3) провал. После нарушения растительного покрова тайги в 1940-1960-х гг. к началу 1960-х годов образовался овраг на склоне холма. Овраг инициировал оползень вдоль его центральной части в 1980-х годах, а затем оползень увеличился до огромного провала (>20 га) в 1990-х годах. К 2019 году площадь оползня достигла около 80 га, а высота его бровки над дном оползня - около 55 м. Основными геоморфологическими процессами роста оползня являются абляция стенки и термическая эрозия, в результате чего на дне оползня образуется характерный рельеф ледяных бэдлендов. Хотя в настоящее время большая часть провала быстро растет, со временем он, вероятно, стабилизируется как неравномерный рельеф, характеризующийся песчаными хребтами и заполненными песком удлиненными впадинами, образовавшимися в результате деградации бэдлендов. Сравнение Батагайского провалаа с провалами северо-западной Канады выявило ряд сходств и различий в геоморфологии, отложениях вечной мерзлоты и Четвертичной истории